Я — «ЯК», истребитель, — мотор мой звенит,
Небо — моя
обитель,
Но тот, который во мне
сидит,
Считает, что он —
истребитель.
В
этом бою мною «юнкерс» сбит –
Я
сделал с ним, что
хотел, —
А тот, который во мне
сидит,
Изрядно мне надоел!
Я
в прошлом бою навылет прошит,
Меня механик
заштопал, —
А
тот, который во мне
сидит,
Опять заставляет — в
штопор!
Из бомбардировщика бомба несет
Смерть аэродрому,
-
А кажется — стабилизатор поет:
«Мир вашему
дому!»
Вот сзади заходит ко мне «мессершмитт», —
Уйду — я устал от
ран!..
Но тот, который во мне
сидит,
Я
вижу, решил —
на таран!
Что делает он?! Вот сейчас будет взрыв!..
Но мне не гореть
на песке, —
Запреты и скорости все
перекрыв,
Я
— главный, а сзади… Ну, чтоб я сгорел! —
Где же он, мой ведомый?
Вот он задымился, кивнул — и запел:
«Мир вашему
дому!»
И
тот, который в моем черепке,
Остался один — и
влип, —
Меня в заблужденье он
ввел — и в пике
Прямо из мертвой
петли.
Он рвет на себя — и нагрузки вдвойне, —
Эх, тоже мне —
летчик-ас!..
Но снова приходится
слушаться мне, —
Но это — в последний
раз!
Я
больше не буду покорным — клянусь! —
Уж лучше лежать на
земле…
Но что ж он не слышит, как бесится пульс:
Бензин —
моя кровь — на
нуле!
Терпенью машины бывает предел,
И
время его
истекло, —
И тот, который во мне
сидел,
Вдруг ткнулся лицом в
стекло.
Убит! Наконец-то лечу налегке,
Последние силы
жгу…
Но что это, что?! Я — в
глубоком пике, —
И выйти никак не
могу!
Досадно, что сам я не много успел, —
Но пусть повезет
другому!
Выходит, и я напоследок спел:
«
Мир вашему дому!»