В тот вечер я не пил, не пел,
Я на нее во всю глядел,
Как смотрят
дети, как смотрят
дети.
Но тот, кто
раньше с нею был,
Сказал мне
чтоб я уходил,
Сказал мне
чтоб я уходил,
Но тот, кто
раньше с нею был,
Сказал мне
чтоб я уходил,
Сказал мне
чтоб я уходил,
И тот, кто раньше с нею был,
Он мне грубил, он мне грозил,
А я все
помню — я был не
пьяный.
Когда ж я
уходить решил,
Она
сказала: «Не спеши!»
Она
сказала: «Не спеши!
Ведь слишком
рано.»
Когда ж я
уходить решил,
Она
сказала: «Не спеши!»
Она
сказала: «Не спеши!
Ведь слишком
рано.»
Но тот, кто раньше с нею был,
Меня, как видно, не забыл,
И как-то в
осень, и как-то в
осень.Иду с дружком, гляжу стоят:
Они стояли
молча в ряд,
Они стояли
молча в ряд,
Иду с дружком, гляжу стоят:
Они стояли
молча в ряд,
Они стояли
молча в ряд,
Со мною нож, решил я: «Что ж,
Меня так просто не возьмешь!
Держитесь,
гады. Держитесь,
гады!»
К чему за
даром преподать
Ударил
первым я тогда,
К чему за
даром преподать
Ударил
первым я тогда,
Но тот, кто раньше с нею был,
Вполне
серьезно, вполне
серьезно.
Мне кто-то
на плечи повис —
Валюха
крикнул: «Берегись!»
Валюха
крикнул: «Берегись!»
Мне кто-то
на плечи повис —
Валюха
крикнул: «Берегись!»
Валюха
крикнул: «Берегись!»
За восемь бед — один ответ.
В тюрьме есть тоже лазарет,
Я там
валялся, я там
валялся.
Врач резал
вдоль и поперек,
Он мне
сказал: «Держись, браток!»
Он мне
сказал: «Держись, браток!»
Врач резал
вдоль и поперек,
Он мне
сказал: «Держись, браток!»
Он мне
сказал: «Держись, браток!»
Разлука мигом пронеслась,
Меня она не дождалась,
Но я
прощаю, ее
прощаю.
Ее, конечно
я простил,
Того, кто
раньше с нею был,
Того, кто
раньше с нею был,
Ее, как
водится простил,
Того, кто
раньше с нею был,
Того, кто
раньше с нею был,