Словно бритва
рассвет полоснул по глазам,
Отворились курки, как
волшебный Сезам,
Появились стрелки, на
помине легки, —
И взлетели
стрекозы с
протухшей реки,
И
потеха пошла
— в две
руки, в две руки!
Мы легли на
живот и
убрали клыки.
Даже тот,
даже тот,
кто нырял под флажки,
Чуял волчие ямы подушками лап;
Тот, кого
даже пуля догнать не смогла б!
Тоже в страхе
взопрел и
прилег — и ослаб.
Чтобы жизнь улыбалась
волкам — не слыхал, —
Зря мы
любим ее, однолюбы.
Ds4 Am
Вот y смерти — красивый широкий оскал
И здоровые,
крепкие зубы.
Улыбнемся же волчьей ухмылкой врагу —
Псам еще не
намылены холки!
Но
— на
татуированном кровью
снегу * * *
Наша роспись: мы
больше не волки!
Мы ползли,
по-собачьи хвосты подобрав,
К небесам удивленные морды задрав:
Либо с неба
возмездье на нас пролилось,
Либо свету
конец — и в
мозгах перекос, —
Только
били нас в рост из
железных стрекоз.
Кровью вымокли
мы под свинцовым дождем —
И
смирились, решив:
все равно не уйдем!
Животами горячими плавили снег.
Эту бойню затеял — не Бог — человек:
Улетающим — влет,
убегающим — в бег…
Свора псов, ты за
стаей моей не вяжись,
В
равной сваре
— за нами удача.
Ds4 Am
Волки мы — хороша наша волчья жизнь,
Вы собаки — и
смерть вам собачья!
Улыбнемся же волчьей ухмылкой врагу,
Чтобы в корне
пресечь кривотолки!
Но
— на
татуированном кровью
снегу * * *
Наша роспись: мы
больше не волки!
«К лесу, там хоть
немногих из вас сберегу
Живо, волки,
труднее убить на бегу
Уносите же
ноги, спасайте щенков
Я мечусь на
глазах полупьяных стрелков
И
скликаю заблудшие души
волков
Те, кто жив,
затаились на том берегу
Что смогу я
один? -
ничего не смогу
Отказали глаза, притупилось чутьё
Где вы,
волки, былое лесное зверьё?
Где же ты,
желтоглазое племя моё?
Я живу,
но теперь
окружают меня
Звери, волчьих не знавшие кличей
Ds4 Am
Это псы — отдалённая наша родня
Мы их раньше
считали добычей
Улыбаюсь я волчьей ухмылкой врагу
Обнажая гнилые
осколки
А
на татуированом кровью снегу * * *
Тает роспись: мы
больше не волки