Мой дедушка старый, но
добрый старик
Мечтал, что я стану большим скрипачом.
И
даже в далёком
Милане
Я
буду играть на концерте.
А
внук его глупый
закатывал крик,
Ведь он не хотел быть большим скрипачом.
Он
плавать мечтал в
океане
На
старом пиратском корвете.
Среди акул и альбатросов
Мечтал
стоять он на борту
Слегка подвыпившим матросом
С
огромной трубкою во рту,
Крича в бою осипшим басом:
«На абордаж, орлы, вперёд!»,
И
быть огромным,
одноглазым
И
даже — раненым в живот.
Как он мечтал из океана
Вернуться на родной причал
Весёлый раненый и пьяный.
О,
Боже мой, как он мечтал
В
портовом кабаке «Ривьера»,
В
объятьях гейшу задушив,
Кричать: «А ну, скрипач-холера,
Сыграй мне чё-нить для души!»
Но
время проходит, и
дедушки нет.
Он
больше не будет стоять над душой;
Теперь-то ему
безразлично,
Что внучек скрипач в ресторане.
Он
по вечерам достаёт
инструмент
И
мучает скрипку. И всем хорошо.
Ему ж это всё
безразлично,
Ведь он далеко в океане!
Среди акул и альбатросов
Мечтал
стоять он на борту
Слегка подвыпившим матросом
С
огромной трубкою во рту,
Крича в бою осипшим басом;
«На абордаж, орлы, вперёд!»
Быть одноногим,
одноглазым
И
даже раненым в живот.
Как он мечтал из океана
Вернуться на родной причал
Весёлый раненый и пьяный.
О,
Боже мой, как он мечтал
В
портовом кабаке «Ривьера»
В
объятьях гейши умереть,
Крича: «А
ну, скрипач-холера,
Давай играй, я буду петь!»
Он
спел бы под скрипку под скрип старых мачт,
Про боцмана – злую собаку.
А
маленький, злой, одинокий скрипач
Играл бы на скрипке и плакал…
Концовка: