Куплет 1:
Бараки-недоростки топорщатся кое-как
Неприветливые, словно
пропойцы на «голяках».
Или как
из крадущейся кареты ППС
Две пары глаз
блестящих, что конфетки M&M's.
Небо
подпирает новостройки-костыли.
Всё та же чёрная
«девятка» разрезает пустыри;
И работяга тащит
горб, что тарантул кокон,
И человечья требуха
в фоторамках окон.
Я пройду,
как по Манхэттену по улицам Восточного.
От солнечного света
не пряча лица отёчного.
Дети сопят
в колясках, укачанные рессорами.
Все мои одноклассницы
рядышком нарисованы.
По улицам
полуденным будто по Монпарнасу.
Я позволю обмануть
себя каждому оборванцу.
До одури в
подворотне я буду бухать и дуть,
И бомбою водородную
рухну тебе на грудь.
Припев:
Моя родина, моя любовь, вид
из окна
Модный картон в платье
серого сукна.
Моя родина, моя любовь, в
каждом окне
Солдаты трущоб
улыбаются мне.
Моя родина, моя любовь, вид
из окна.
Модный картон в платье
серого сукна.
Моя родина, моя любовь, где
я невпопад
Читаю стихи в
автомат.
Куплет 2:
Наши люди
на войне, и наши люди на тюрьме.
Я помню поминутно понедельник в октябре:
Как я
собирал на взятку розовому менту
Боясь, что впарит
десятку, как кенту.
Другой
братан сказал, что ему не*й выбирать.
Уехав на войну, он
уехал умирать.
А я —
остался здесь, птицей-говоруном,
Испуганным ребёнком
за пластиковым окном.
Мы
выглядим, как ровесники в вагоне-ресторане,
За соседними столами
нечаянные сотрапезники.
Помнишь,
ты умерла — и мы твоё мясо ели,
Что пахло, как мумия,
забытая в мавзолее.
Потерянного халдея шлю, куда он привык.
Потея и холодея
складывался проводник.
И я в
любви рассыпаюсь, громко и без стыда
Тебе в
вагоне-ресторане поезда в никуда.
Припев:
Моя родина, моя любовь, вид
из окна
Модный картон в платье
серого сукна.
Моя родина, моя любовь, в
каждом окне
Солдаты трущоб
улыбаются мне.
Моя родина, моя любовь, вид
из окна.
Модный картон в платье
серого сукна.
Моя родина, моя любовь, где
я невпопад
Читаю стихи в
автомат.
Концовка:
Ава, ава, ава, ава; Улан-Удэ!