За туманом пели и пировали.
За туманом верили и ждали.
И молились преданно за паству,
Кельтов или Христианство.
Говорили: змеи там и гады.
Говорили: насыпь строить надо.
Только дождь и ветер тайну знали:
Там лишь яблочные дали.
Кто видел явь, а я видел сон.
Это был он — мой Авалон.
Яблочный дух, переливы струн.
Мой Авалон, ты как прежде юн.
Но у подошвы твоих седин,
Яблоки ел поэт Талиесин.
Их аромат до сих пор пьянит
Привкусом слез и оплаканных битв.
А давно ли битвы грохотали?
Красный урожай здесь собирали.
По губам стекал отравленный сок
С ароматом яблок.
А давно ль на праздник собирались?
Так что даже боги улыбались.
И сходили сами в пляске древней
В край благословенный.
Кто видел явь, а я видел сон.
Это был он — мой Авалон.
Яблочный дух, переливы струн.
Мой Авалон, ты как прежде юн.
Но у подошвы твоих седин,
Яблоки ел поэт Талиесин.
Их аромат до сих пор пьянит
Привкусом слез и оплаканных битв.
Я пройду по травам твоим,
Чтоб взглянуть в отражение судьбе.
Ты как сон, ты как дом, ты как дым.
Я легенду спою о тебе!
Ты дождись меня, мой Авалон.
За туманы твои я вернусь.
Ты мой дым, ты мой дом, ты мой сон.
Ты мой сладостный яблочный вкус.
Травы долин, марево крон.
Мой Авалон — всегда Авалон.
Шелковый дым белоснежных тайн
Мой Авалон — моя яблочный рай.
Падает время к теченью лет,
Чтоб удержать твой предвечный свет,
Чтоб удержать твой век золотой.
Мой Авалон… Я вернусь домой.