Как ни
изворачивайся, а времени
мало,
И
что-то не умнеется от
медленных книжек.
Я
поднимаюсь в
лифте на
родину Мао —
На
самую высокую под
звёздами крышу.
Я
поднимаюсь в
лифте на
родину Мао —
На самую высокую под звёздами крышу,
Скрипя тросами, барабаня по
стенам.
Меня тянет к
свету, как
ведро из
колодца,
И
я не
сомневаюсь, что
когда-нибудь всем нам
Придётся выходить там, где
живым не
живётся.
И
я не
сомневаюсь, что
когда-нибудь всем нам
Придётся выходить там, где живым не живётся.
И что бы там
такое дверь ко
мне ни
ломало —
Огонь, вода иль
пафосные трубы из
меди, —
Тому, кто едет в
лифте на
родину Мао, —
Ему уже
достаточно того, что
он едет.
Тому, кто едет в
лифте на
родину Мао, —
Ему уже достаточно того, что он едет.
Любой из нас
умеет так
войти, чтоб не
выйти.
И
раз уж всё
равно живём,
живём — а не выжить,
На
разных скоростях мы
поднимаемся в
лифте
На
самую высокую под
звёздами крышу.
Но
времени, времени, времени мало,
И
больше не умнеется от
медленных книжек.
Я
поднимаюсь в
лифте на
родину Мао —
На
самую высокую под
звёздами крышу.
Я
поднимаюсь в
лифте на
родину Мао —
На самую высокую под звёздами крышу.